Слабое звено. Почему тюменцы встретили на ура Февральскую революцию?
События 1917 года оказали огромное влияние на весь мир
Вид на Затюменку © /
Сергей Егоров
/ Из личного архива
А как воспринимали эти события планетарного масштаба их очевидцы? Что видели простые люди и что им запомнилось? Как отразились революции на судьбе захваченного ими врасплох маленького человека в российской глубинке? Об этом и о многом другом корреспондент «АиФ-Тюмень» пообщался известным тюменским ученым и краеведом, автором монографий и книг по истории Тюмени и Урала с Анатолием Кононенко.
Как отрекались от «старого мира»
По его мнению, если Февральская революция отложилась в памяти простых людей, то Октябрьскую многие даже не заметили. Вообще для обывателей в то время были гораздо важнее быт, уровень жизни, слухи, сплетни, чем события, которые считались мировыми. Например, для тюменцев гораздо более обсуждаемой и тревожащей темой было случившееся весной 1914 года наводнение, которое затопило практически всю заречную часть города, чем убийство в Сараево эрцгерцога Франца Фердинанда и даже покушение на убийство их земляка Григория Распутина в Покровском.
И полицейский исправник Мельников, и жандармский ротмистр Калмыков без раздумий добровольно сдали оружие. Только офицеры гарнизона попросили отсрочку для ответа до 19 часов. Но и они вечером заявили о готовности поддержать революцию. Народ ликовал. Оркестр играл «Марсельезу». Город бурлил. События развивались стремительно - 5 марта губернатор Тобольской губернии Ордовский-Танаевский призвал население региона к спокойствию, а на следующий день Тобольская городская дума отказала ему в доверии за связь с темными силами самодержавия и отправила в отставку.
Оказалось, что достаточно было власти в столице уйти в отставку, как все государственные структуры буквально развалились и в провинции. Губернатор, органы внутренних дел и госбезопасности без малейшего сопротивления отрешились от своих обязанностей, а некоторые ее представители перешли на сторону новой власти.
Под натиском проблем
Но эйфория от краха старого строя, от свободы быстро прошла под натиском житейских проблем, обрушившихся на горожан. Прежде всего раздражала нехватка то одного, то другого товара. Например, курильщики возмущались «табачным голодом» и стремительным ростом цен на папиросы. В июне 1917-го 100 папирос стоили 25 рублей, причем в одни руки отпускалось не более 10 папирос. Газеты в августе 1917 г. стоили 5 копеек, в декабре - 10 копеек.
Страсти настолько накалились, что, испугавшись самочинной расправы со стороны солдат и горожан, на квартиру к председателю Временного исполнительного комитета пришел один из купцов и попросил арестовать его, чтобы укрыться в тюрьме от самосуда.
На протяжении лета - осени 1917 г. рост цен продолжался. Стоимость муки достигла 22 руб. за пуд. С 1 сентября чай стал продаваться по сахарным карточкам. Спекуляция карточками вызвала забастовку типографских и железнодорожных рабочих. Вакханалия творилась и на улицах города. К лету 1917 г. совершенно распустились военнослужащие Тюменского гарнизона. В казармах царили самогоноварение, повальное пьянство и карточные игры. Какие там дисциплина и субординация? Историк приводит показательный пример: солдатами 35-го запасного полка были избиты на улице начальник гарнизона полковник Дмитриев и секретарь редакции газеты «Свободное слово» кадет Гусев. Криминальная обстановка в городе достигла катастрофических размеров. Стрельба, кражи, грабежи, хулиганство, драки стали обыденностью. И опять Анатолий Кононенко приводит вопиющий пример - в ночь на 31 августа 1917 г. в своем собственном доме на углу улиц Республики - Первомайской был убит известный тюменский предприниматель Колмаков.
Надо было выживать
Знакомство с материалами, позволяющими реконструировать события 1917-1918 гг. в Тюмени, по словам Анатолия Кононенко, дает ему право утверждать, что большевистская революция в Петрограде оценивалась тюменцами всего лишь как смена одного временного правительства другим. Если события февраля-марта 1917-го действительно произвели серьезную переоценку традиционного уклада жизни населения России, жизни без царя, то поздняя осень 1917-го - зима 1918-го для тюменцев были временем серым, невыразительным, тяжелым. И дальше становилось только хуже.
А дальше, в течение марта 1918-го, лишились своей собственности владельцы кинотеатров, магазинов, возникла монополия на СМИ, прошла национализация предприятий и была запрещена частная торговля. Самым богатым горожанам выдавали метлы и лопаты, и под присмотром красногвардейцев они отправлялись на уборку улиц. Романтика революции, которую с таким восторгом они приветствовали, для них, видимо, вмиг утратила свое очарование. Но это уже другая история.
Комментариев нет:
Отправить комментарий